Например, по мнению Льва Львовича, Арчибальду было вредно ходить лапами по «экологически грязному» московскому асфальту и дышать «стелющимися по земле выхлопными газами». Поэтому бедного карликового пинчера выгуливали в специальной сумке, которую выгуливающее лицо вешало себе на шею. А для всех прочих дел, которые другие собаки совершают во время прогулок, Арчибальду купили кошачий туалет с наполнителем.

— На фига его прививать? — продолжал Иван.

— Дед говорит, мы носим Арчибальда на руках, все вокруг на него дышат, чихают и кашляют. Значит, он может заразиться, — с важным и совершенно серьезным видом растолковал Муму.

— Собаки, Герочка, человеческими болезнями не заражаются, — мигом начала спорить Варвара.

— Темнота ты, Панова! — с обличительным пафосом воскликнул Муму. — К твоему сведению, животные болеют очень многими человеческими болезнями.

Судя по его виду, он собирался произнести длинную и содержательную речь, однако звонок ему помешал.

Показав Герасиму язык, Варя первой скрылась в дверях класса.

На большой перемене с Иваном произошла весьма странная история. Они с Герасимом, Павлом и ещё одним другом и одноклассником Сеней Баскаковым отправились в столовую. Марго и Варвара отчего-то наотрез отказались составить им компанию, объявив, что у них возникли срочные и неотложные дела.

— Очень подозрительно, — тут же стал ворчать мнительный Герасим. — Помяните мое слово: это они против нас что-то затеяли.

— Лечиться тебе, Герка, надо, — хохотнул Баскаков. — Женщин не знаешь? У нас в классе сейчас поветрие. Все худеют. Вот и Варька с Марго наверняка тоже решили.

— Держи карман шире, — уперся Каменное Муму. — У тебя, Баск, хромает элементарная логика. Зачем, спрашивается, худеть людям, которые и так худые?

— Это они для тебя худые, — не уступал Сеня. — А себе, возможно, кажутся толстыми. И вообще, ребята, чего брать в голову всякую ерунду? Лучше дунем скорей в столовую, пока там очередь до дверей не выстроилась. А то я жутко голодный.